Вильгельм Виршем: различия между версиями

← Предыдущая правка Следующая правка →

ВизуальныйВики-текст

@@ Строка 256: / Строка 256: @@
 Вьючно-верховая лошадь, одмарской породы, вороной масти, по '''кличке Овсянка''', ростом 160 см и весом 480 кг и 4 лет от роду. Телосложение некрупное, грубоватое, квадратный формат, живот несколько подтянут. Голова средней величины, сухая, чаще с прямым профилем; уши средние, широко расставленные, подвижные. Глаза живые, большие, открытые, блестящие. Шея средней длины, прямая, с хорошим выходом и поставом. Холка невысокая, незаметно переходящая в прямую короткую спину, с небольшой карпообразностью; лопатка крутая; ребра округлые, поясница крепкая. Круп округлый, широкий, несколько приспущенный, с довольно высоко приставленным хвостом. Грудь относительно широкая, глубокая. Ноги сухие, прочные, с хорошо развитой мускулатурой, с выраженными сухожилиями, костистые, бабки средней длины, нормально поставлены. Хвост и грива имеют небольшую оброслость. Имеет спокойный и дружелюбный нрав, агрессия проявлять, не склонна, только в целях самозащиты. Овсянка – неприхотливая, выносливая и быстрая лошадь, способная поддерживать темп заданный Волдо, по грузоподъёмности приближается к тяжеловозам. К ней прилагается: уздечка, стремена, вальтрап, попона , потник, седло, имеются также две седельной сумки – арчмахи. соединяются они между собой двумя ремнями с пряжками, один из них лежит под задницей всадника, а другой расположен за задней лукой седла. Питается подножным кормом и овощами, но может, есть и овёс.
+==Биография==
+===I «Рождение Вильгельма. Семейство Виршем» (263 год)===
+В 263 году, после долгого и мучительного дня, поздно вечером в семье Карла Виршема — потомственного главного лесничего Хардтвальдского леса , что к северо-востоку от Дартасия и ветерана второй Красной войны, которую он прошёл в составе легкоконных частей имперской армии, родился очередной крепыш, которого нарекли Вильгельмом в честь, уже полулегендарного предка, память о котором, в семье свято хранилась с незапамятных времён. Вильгельм стал третьим по счёту мальчиком и пятым по старшинству ребёнком.
+У Виршемов, сколько они себя помнили, всегда отличавшихся богатырским здоровьем, никогда не было сколько-нибудь значимых проблем с выживаемостью их отпрысков, а их преждевременная смерть, была скорее редким исключением, нежели правилом, и поэтому Вильгельму с самого рождения прочили судьбу если не лесничего, то человека военного продолжателя дела его отца и отца его отца и отца его отца, которые верой и правдой служили сначала императорам Солнечной Империи, как на стезе охраны императорского леса, так и на военной службе, а теперь с тем же рвением и тщанием служили и курфюрстам Вольной Марки.
+Но, прежде чем пойдёт речь о жизненном пути Вильгельма, следует рассказать подробней о Виршемах. Семейство это весьма многочисленно, одних взрослых мужчин, которые все как на подбор крепки и коренасты, насчитывается двадцать человек и это не считая жён и детей. Проживают они ныне в основном Дартасии, где поселились ещё с незапамятных времён, породив тем самым две линии рода Виршемов, одни по традиции, сохранили за собой профессию императорских, а потом курфюрстских лесничих, а другие стали потомственными оружейниками, к слову весьма уважаемыми в Дартасии и за его пределами. Впрочем, среди Виршемов были не только лесничие и оружейники, но и люди военные, достигавшие на этой стезе определённых высот. В конечном итоге, как было сказано в одной внутрисемейной присказке: «за чтобы Виршемы не брались, всё у них выходило весьма недурно».
+===II «Детство» ( 263 – 275 годы)===
+Возвращаясь к Вилли, которого в детстве и юности чаще называли Вили-забиякой, следует сказать, что рос он любопытным, драчливым и строптивым мальчишкой за что с завидной регулярностью получал на орехи. И хотя старшие по мере сил боролись с таким проявлением его характера, извести его бунтарский наров им не удалось, только притушить.
+Вильгельм с младых ногтей слыл крепким и сильным не по годам мальчишкой, однако ростом не вышел, это стало понятно ещё тогда, в детстве. Из-за обидных шуток соседской детворы, духовитый Вилли на регулярной основе дрался с ними, не взирая ни на численное преимущество с их стороны и более старший возраст своих противников. Получаемые им в многочисленных драках гематомы с ссадинами заживали на этом неугомонном крепыше словно на собаке и тот, с готовностью ввязывался в очередную потасовку с ними. Нет-нет да удавалось ему хорошенько наподдать то одному обидчику, то другому.
+В семействе Виршемов, грамотность и знание основных положений арифметики были скорее вопросом престижа, нежели жизненной необходимостью, тем более, в столь глухих местах. И потому, начиная с шестилетнего возраста, Вилли в течение двух лет с энтузиазмом посещал приходскую школу, находящуюся при Храме Огня, который был перестроен из Храма Солнца, стоявшего здесь без малого сотню лет, возведённого на деньги жителей маленького городка Рауэнталь, расположенного неподалёку от Хардтвальдского леса, именно в этих местах и провёл первые шестнадцать лет своей жизни Вилли Виршем, здесь он познал все детские радости и первую любовь и сюда возвращался после того, как отправился познавать большой мир.
+По завершению двухлетнего обучения, Вилли покинул школу с необходимым багажом знаний, и потихоньку стал помогать отцу по работе, постепенно постигая лесничье дело, к которому он поначалу имел вполне себе живой интерес, пускай с возрастом и оскудевший.
+===III «Отрочество» (275 – 278 годы)===
+Шли годы, мальчик рос и его отец – Карл, стал брать того, вместе с старшими братьями с собой, на обходы лесного массива и на охоту, обучая всем тонкостям профессии лесника, давая знания, недоступные для большинства людей, а также обучая воинскому искусству, которое знал сам и которое, не раз и не два спасало ему жизнь.
+К 14 годам, Вилли уже неплохо владел мечом, топором, щитом, арбалетом, освоил верховую езду, в общем, всем тем, чему научил его опытный отец, многое повидавший и испробовавший за годы своей неспокойной службы. И полученные навыки ему довелось применить против расплодившихся в эти лихие времена браконьеров, которые всё чаще стали наведываться в лес, чиня хаос, смерть и разрушение, с ними то и приходилось бороться егерям, и порой эта борьба достаточно кровавой, во многих отстоящих от Хардвальдского леса, лесов такой проблемы не было, но Хардтвальдский лес, был не простым местом, мало того, что он был богат разнообразной живностью, так ещё и был императорским лесом, статус которого, ему был присвоен более ста пятидесяти лет назад, и с тех самых пор, семейство Виршемов исстари проживавшие в здешних местах были избраны его стражами, их положение не изменил даже развал Империи и бегство многих имперских чиновников и военных на север, и хотя, те годы лихолетья минули, отголоски тех времён полных беззакония, безвластия и рек крови пришлось застать даже Вильгельму.
+Однако не всё в жизни сего отрока проходило гладко. Годы шли, Вильгельм, как водится у всех мальчишек его возраста, стал интересоваться противоположным полом. Но здесь возникла одна большая проблема, ввиду своего маленького роста и общей незрелости, девицы отказывались воспринимать его всерьёз, игнорируя его неумелые потуги на этом фронте, относясь к Вилле-забияке скорее как к младшему брату, нежели как к перспективному жениху, да и отцы сих барышень, смотрели на него искоса. В общем ничего у бедного Вильгельма не выходило, как он не бился над этим.
+Поэтому когда в 277 году, мальчику, уже почти юноше исполнилось 15 лет, его отец – Карл, договорился со своим давним сослуживцем Гюнтером Брамше, поднявшимся по карьерной лестнице в смутные времена и ставшим капитаном лёгкой конницы в Великой Дартасийской вольной компании, о поступлении Вильгельма на службу, тот с радостью воспринял эту новостью и с энтузиазмом отнёсся к возможности покинуть Руаэнталь, лишь бы не видеть этого города.
+===IV «Тяготы военной службы или тяжело в мучении – легко в бою» (277 – 278 годы)===
+Первым делом, молодой наёмник был направлен в лагерь новобранцев, где он отточил уже имеющиеся навыки и получил новые, на практике узнал, что такое боевое построение их виды, разучил новые команды и научился взаимодействовать с большим количеством людей, пробыв там несколько месяцев, вместе с несколькими десятками новобранцев влился в легкоконную роту капитана Брамше.
+Несмотря на тот факт, что Вольная Марка не участвовала ни в каких войнах, работы у наёмников было не просто много, а очень много, феодалы выясняющие друг с другом отношения, купеческие караваны которым требовалось охранение, земли всё ещё кишащие многочисленными бандами, да и в пограничье было неспокойно, то тут, то там происходили стычки с одмарцами, марханами, а порой и с другими соседями.
+Основная задача лёгкой конницы на поле боя сводилась к поддержке тяжёлой конницы и пехоты, а также разведке и сторожевой службе.
+Столь обширный спектр задач, требовал от всадников, умения слаженно маневрировать, порой резко и чуть ли не синхронно изменяя направление движения большой массы людей и коней. Подобные навыки требовали от рекрутов, в том числе и Вильгельма большого упорства, сил и терпения выдерживать беспощадную муштру и психологическое давление, а то и вовсе издевательства со стороны вечно недовольных сержантов и более старших товарищей.
+Подобное отношение Виршему было в новинку и, хотя его отец был строг и требователен, он никогда не сталкивался с чем-то подобным. Порой необоснованное с точки зрения юноши, жестокое обращение сержантов и старослужащих по отношению к рекрутам выводило его из себя, что приводило к дракам с обидчиками, ни раз и не два, рекрутам приходилось объединять свои усилия, чтобы отстоять свою честь. Сам же Виршем прописался в различных нарядах. Не все были готовы к подобному отношению, и покидали лагерь, не желая более иметь ничего общего ни с лёгкой кавалерией, ни с наёмничеством в принципе. Другие же, превозмогая все мучения и испытания что обрушивались на них, сплачивались, в числе оставшихся был и сам Вильгельм, о чём он ни разу не жалел в последствии.
+Через несколько недель изнурительных подготовок, зелёные рекруты, бывшие до этого разобщённой толпой, стали постепенно приобретать черты воинского братства и осознавать значение коллектива в военном деле, вместе было спокойнее, проще, веселее, безопаснее, там где могли сломать одного, не могли сломать всех, к такому пониманию приходило большинство рекрутов. Главная цель их учителей, была достигнута и уже не за горами было завершение их обучения.
+Рекрутов раскидали по разным подразделениям, их хотя ни один из них не был один, им теперь приходилось привыкать к новому для них обществу - обществу воинов, многие из которых имели опыт, на голову превосходивший тот, что имели новоиспечённые солдаты.
+У рекрутов не было возможности испытать себя в деле в схватке с какими-нибудь разбойником или рядовом конфликте между феодалами, не пришлось им охранять купеческие караваны, почти сразу их бросили в горнило полыхавшей уже который год, Огненной войны, и их наниматели – пирейцы, были готовы выложить целые состояния за баталии кригеркнехтов Вольной Марки на своей стороне.
+===V «Боевое крещение Виршема» (278 – 279 годы)===
+И кригеркнехты не замедлили прийти на помощь, открыв второй фронт против Одмарка, теснившего их нанимателей – пирейцев. Большая армия наёмников вторглась в северные пределы Владычества, сея смерть и хаос. Среди этого множества воинов, был и молодой егерь – Вильгельм Виршем, рядовой 3-ей легкоконной роты капитана Гюнтера Брамше. Это война была для него первой, здесь он получил своё боевое крещение, первое ранение и даже едва не угодил в плен, приняв участие во всех крупных сражениях этой войны.
+Виршем будучи молодым и безбашенным, сразу проявил себя как яростный и отважный боец, за что и получил прозвище «Бешеный Бык». Этот невысокий но весьма крепко сложенный и от того, даже несколько комично выглядящий юноша, благодаря недюжинной физической силе, посредством которой он во многом компенсировал свою неопытность в воинском искусстве, сделался опасным противником в индивидуальной дуэли, град его мощных ударов, которые он обрушивал на своих врагов, заставал их врасплох и далеко не каждый мог их выдержать.
+Восторженный, полный юношеского, шапкозакидательного энтузиазма мальчик Вилли, выросший на отцовских рассказах о войне, остался где-то там, на одмарских полях, вмести с десятками и сотнями других, таких же желторотых юнцов, решивших испытать удачу в этом непростом и опасном деле. А с войны вернулся Вильгельм Виршем, бывший уже не юношей, но мужем и утвердившийся в желании связать собственную жизнь с военным делом.
+Нигде кроме как на войне, Виршем не мог испытать столько эмоций и чувств, мирная жизнь для него стала блеклой, мутной, без ярких тонов и ощущений, и посему, дома он пробыл не очень долго, всего месяц, но этого срока хватило, чтобы он устал от мирной жизни, где он больше не находил себе места, всё ему казалось каким-то не таким, не настоящим, не очень интересным. Такая жизнь была не для него, брак, семья, дети, всё то, что когда-то он считал важным, потеряло для него былую ценность.
+И враг не заставил себя долго ждать, осень 282 года, когда крестьяне для крестьян всей Арамеи наступает ответственный период сбора урожая, тогда-то на нулзарские земли и нагрянула беда, орда в несколько тысяч голов, вроде бы немного, особенно на фоне многолюдного воинства всей Марханской орды, но достаточно, чтобы смять защитников Пограничья и предать эту землю огню и мечу.
+Наёмникам удалось разбить вражеский авангард, короткая, но жестокая сеча, застигнутые врасплох и взятые в окружение марханы, были наголову разбиты, марчане настолько увлеклись битвой, что позабыли взять языка, полностью истребив кочевников, они радовались, победа им досталась малой кровью и опьянила и тех, кто её одержал.
+Спустя несколько дней, собрав добычу в обозы, похоронив павших, конные отряды наёмников двинулись на юг, стоявшие от границ на некотором удалении, через несколько часов пути разведчики высланные вперёд заметили мархан, о чём было сразу же доложено командованию и воодушевлённые прошлым успехом, ринулись на врага, опрокинув передовые отряды противника, те стали отступать, и вскоре к ним присоединились следовавшие за ними сотни мархан, и всё это из отступления превратилось в бегство.
+Однако, как оказалось позднее, всё это было хитрым манёвром воинов степей и вскоре раззадоренным наёмникам пришлось столкнуться с тем, что вроде бы бегущие враги вдруг развернулись и посылая тучи стрел, ринулись на прущие вперёд по инерции отряды марчан, чья атака тут же захлебнулось под градом выпущенных по ним стрел, которые ранили и убивали всадников и их коней, воины пытались огрызаться залпами из арбалетов, но скорость перезарядки арбалетов не поспевала за стрельбой марханских конных лучников.
+Впрочем, добило их не это, а неожиданно появившиеся многие сотни мархан, обрушившиеся на фланги защитников пограничья и смявшие их, оказавшись под двойным напором, наёмники обратились в бегство и преследуемые весьма значительное расстояние были рассеяны и перестали представлять из себя организованную силу, какие-то подразделения вообще, другие лишь на время, значительному числу всадников удалось уйти через реку, другие отступили в леса, очень многие командиры десятков и сотен погибли.
+Группе Виршема, которому удалось сохранить большую часть солдат своего десятка отступила на северо-запад Кефхолльской дубравы, собирая по пути одиноких наёмников или же их небольшие группы. Постепенно отряд Виршема разросся до шестидесяти четырёх конных воинов, к которым, вскоре присоединились остатки конной порубежной стражи, значительно увеличив численность отряда.
+Когда они вернулись к городу, под его стенами уже разгоралась битва, среди знамён защитников города, виднелись и штандарты лёгкой конницы Дартасийской вольной компании, видимо сумевшие собраться воедино, и вернутся к городу до того, как к нему подошли марханы, чьи ряды успели заметно поредеть, но всё ещё оставались достаточно многочисленными.
+Появление легконного отряда сержанта Виршема, теперь командовавшего намного большим количеством людей, чем обычно располагает командир на его должности. Молодой человек, даже в столь непростой ситуации, наблюдая, за битвой из лесной чащи примерял на себя капитанскую должность и думал, как ему поступить в столь непростой ситуации.
+Самые бойкие из солдат подначивали своего молодого командира начать действовать, одних подстёгивало чувство долга, в других молодецкая удаль, в третьих жажда поквитаться с врагом за понесённое поражение, но Виршем ждал, он не мог точно сформулировать мысль, почему он это делал, но внутренняя убеждённость подсказывала, что время ещё не пришло, да и не только оно одно; ещё не были введены в бой все резервы и противоборствующие стороны ещё не устали, нужно было подождать и Вильгельм, набравшись терпения, стал ждать.
+Ждать пришлось долго, время подступало к полудню, а стороны всё не уступали друг другу, вверх брали то одни, то другие, и вот в бой ушли последние резервы мархан во главе с марханским мурзой, правый фланг защитников города, составленный из кожевенных и стеклодувных цехов, стал медленно прогибаться под их напором. Поэтому, прождав ещё немного, Виршем приказал готовиться к битве, он не стал говорить каких-то торжественных речей, на них теперь не было времени, его единственными словами стали: «ну что братцы, скажем наше веское слово?» После чего, он и всё его небольшое воинство, сначала на рысях, а потом галопом ринулось в гущу сражения.
+Для бившихся уже не первый час противоборствующих сторон, их появление оказалось полной неожиданностью, запоздалым свидетельством оного стали звуки горна, за котором последовал удар в левый фланг мархан, прогибавших своим напором правофланговых цеховиков, сначала полторы сотни свежих всадников сделали залп из арбалетов, а затем, врубились в ряды вражеских конников, словно раскалённый нож, вошедший в тёплое масло и враг дрогнул, сначала стал разваливаться его левый фланг, воины его составлявшие оказались в смятении, а затем и вовсе обратились в бегство, подобный поворот событий позволил защитникам Кефхолла воспрянуть духом и они с удвоенным рвением, стали напирать на мархан. Те попытались восстановить левый фланг, перебросив часть сил центра и правого фланга туда, ослабив тем самым собственные силы. Те не выдержав натиска кефхолльцев вскоре сами дрогнули и стали отступать, центр и правый фланг кочевников оказались разбиты, за расползанием которых последовало полное обрушение фронта мархан.
+Так полторы сотни храбрецов оказались той самой соломинкой, переломившей марханскому верблюду хребет, а было то воля божья или стечение обстоятельств было уже не так важно. Мурза ещё пытался остановить бегство своих воинов, организовать контратаку, но его войско полностью лишившееся какой-либо управляемости, слушаться уже не желало, конница Дартасийской вольной компании, Кефхолла и окрестных феодалов рубила и убивала бегующих мархан не давая им прийти в себя почти половину дневного пути, полностью их рассеяв по южнонулзарским просторам, была взята богатая добыча и освобождено множество пленников, защитники праздновали победу. Через две недели земли к югу от Кефхолла были полностью очищены от мархан.
+Как выяснилось после сражения, очень многие офицеры Дартасийсской вольной компании, командовавшие наёмниками, до и после битвы у Кефхолла погибли, возникла острая нехватка командиров рот и их заместителей, на их место выдвинулись новые стихийные командиры, принявшие на себя командование разбитыми отрядами наёмников в столь непростых обстоятельствах, разумеется, среди них был и Виршем, который по возвращению в Вольной Марку, был произведён великим кондотьером Адольфом фон Зоннеборном восхищённым талантливым молодым егерем в ротмистра, перескочив чин лейтенанта (заместителя).
+На волне прошлых своих успехов, Вильгельм сумел добиться от высшего командования компании о введении определённых новшеств, в своём подразделении, которые должны были вывести его на новый качественный и организационный уровень.
+Целью Виршема было создать универсальное и многозадачное по своим возможностям подразделение и его не полнокровность (из Кефхолльского похода вернулось только 50 человек) сыграла на пользу, открывая возможности по доукомплектованию, таким образом, как это виделось правильным для молодого ротмистра.
+Первым делом, он организовал набор егерей, преимущественно молодых, ещё не закостеневших в своих взглядах и готовых учиться новому, но при этом имевших навыки и выучку, которым остальные народные массы обладать не могли, они то, наряду с ветеранами отряда и составили костяк нового подразделения.
+За этим последовали долгие месяцы обучению верховой езде, конному и пешему бою, самым разнообразным манёврам, использованием местности для маскировки, правилам сторожевой, патрульной и разведывательно-дозорной службы.
+Другим аспектом, на который обратил в своё пристальное внимание на гигиену, санитарные потери от болезней во время походов и осад были бичом любой армии, поэтому, Вильгельм озаботился соблюдением мер гигиены и их расширением, ознакамливаясь с новыми, доселе ему неизвестными, но доказавшими свою эффективность мерами по её соблюдению, прежде всего в походных условиях. Он проявлял живой интерес к деятельности просвящейнейших специалистов в области соблюдения гигиены и военной медицины, многому у них научивших, что позволило сократить, насколько это возможно, санитарные потери из-за болезней и ранений. Помимо этого, Виршем ввёл в моду полное обривание головы, оставляя не тронутыми только свою густую бороду с усами.
+Новое подразделение, по итогам этих занятий, которые были признаны эффективными организовывались и впредь хорошо себя показало в последовавших за этим, нескольким годам, проведённых в локальных стычках между арамейскими феодалами, а также в охране границ от марханских набегов и захватнических поползновений южных соседей Вольной Марки. Так появилось первое воинское формирование конных егерей. В качестве отличительных знаков различия, нового рода войск, стало чёрные сюрко и плотные зелёные плащи с символикой Дартасийской вольной компании. Эксперимент с новым родом войск был признан успешным и впоследствии было сформировано ещё несколько таких рот, также хорошо себя зарекомендовавших.
+Но полноценное боевое крещение конных егерей произошло лишь спустя три года, в 285 году, когда имперские феодалы с Севера Арамеи стали массово привлекать наёмников, в числе которых была и разросшаяся Дартасийская вольная компания.
+===VI «Между походами» (275 – 292 годы)===
+Социальная сторона жизни Виршема была довольно однообразна и зачастую связана с подготовкой к будущим походам. Именно по этой причине, список постоянно поддерживаемых знакомств состоял из давних и хорошо себя зарекомендовавших лекарей, ростовщиков, вербовщиков, мастеров оружейного, бронного и иных дел, чьи услуги требовались Вильгельму. Впрочем поддерживал от отношения с некоторыми друзьями своего дестства, время от времени наезжая к ним в гости, чтобы пропустить кружку другую пива, обсудить новости, рассказать о своих похождениях, а при необходимости чем-то помочь, не слушая никаких возражений со стороны стародавних друзей.
+С женщинами дело обстояло сложно. Вкусив все прелести войны, Виршем более не видел себя семейным человеком. Каждая женщина, с которой он имел отношения, а надо сказать, контингент этот имел одну сходную черту, все они были вдовами более-менее молодого возраста, с постепенным развитием их отношений стремилась удержать этого строптивого мужчину дома. Похождения этого несносного вояки заставляли их обливаться слезами бессонными ночами, в тягостном ожидании, получить весточку о том, что их ненаглядный сгинул. И причины для этого волнения у них были более чем серьёзные. Вильгельм Виршем был в каждой бочке затычка, всегда стремясь быть впереди всех – на острие атаки. Явно двинутый, по мнению некоторых людей – Бешеный Бык, прибывал в эйфории в такие моменты, наслаждаясь атмосферой опасности и риска для жизни.
+Закономерно, такие отношения через некоторое время прекращались и Виршему, приходилось искать новую женщину. Надо сказать, что ни одну из них, он так и не полюбил, ему с ними было хорошо, комфортно, удобно, но не более. Чего-то ему в них недоставало, родителям и друзьям он полушутя заявлял, что женится только на той, что будет сильна духом, сможет его перепить, победит его в борьбе на руках, а значит, сможет выносить и родить детишек, которые затмят своего отца. Но так как, такой женщины он не встречал, то и речи о женитьбе быть не может.
+Не менее сложными и далёкими от идеала, были его взаимоотношения со своими бастардами. Во-первых, ни одного из них, а их был целый выводок – пять девочек и один мальчик, на пространствах от Готы на западе и Надурана на востоке, от Кефхолла на юге и Зентария на севере, он так и не поспешил признать. Почему? Потому что ему было некогда и он просто не считал нужным это делать. Однако, несмотря на это, по мере возможности и сил, но чаще по настроению, он старался принимать участие в устройстве их жизни.
+===VII «Чёрные егеря и война за Золотой трон» (285 – 289 годы)===
+С самого начала новой для кригеркнехтов, одмарских деоро, северных наёмников Кампании, которые большим потоком хлынули облегчать кошельки новых нанимателей, конные егеря быстро зарекомендовали себя как исключительно полезную силу. Захваты и длительные удержания стратегически важных мостов, глубокие кавалерийские рейды сначала на Амирак, Бараладон и Ванисорий, а в середине и под конец войны наведываясь даже к Кайнору и Риварину с целью расстройства коммуникаций церковных армий, засады, разгром тыловых подразделений и лагерей, а в больших сражениях осуществляя умелое маневрирование на флангах и противодействие вражеской лёгкой коннице.
+Но Виршему мало было признания его заслуг и успешности конноегерских подразделений, он хотел сделать себе и своему отряду имя, и он это сделал. И для этого он обратился к боевой раскраске, тому, что когда-то использовали намидцы и продолжали использовать северяне. Зрелище, появившихся непонятно откуда, разодетых в тёмную одежду всадников, на лицах которых, имелась хотя и незамысловатая, но жуткая буро-чёрная боевая раскраска, несущихся на испуганного таким внешним видом врага, заставляла последнего, особенно если тот не был опытен в военном деле, не имел крепкого начальства над собою, падал духом, и разбегался. Так появились чёрные егеря Виршема, а сам он стал именоваться сначала своими подчинёнными, а затем и другими наёмниками «Чёрным Ротмистром». Именно конные егеря, воплотили в себе многие страхи крестьян и рекрутов церковных армий. У страха, как известно, глаза велики, а потому, перепуганные выжившие разносили по терзаемым войной землям умирающей империи жуткие, подчас нелепые слухи и рассказы о воинстве молодого ротмистра.
+Первые несколько лет, боевые действия для отряда чёрных егерей Виршема шли довольно успешно, тяжёлых потерь удавалось избежать, а командование церковных армий, ещё не вывело эффективных методов борьбы с налётами и лихими кавалерийскими рейдами егерей, как и не было подразделений, которые могли бы вести на них охоту.
+Небольшие боевые потери, позволяли конным егерям чувствовать себя относительно вольготно. Виршем со своим отрядом в основном занимался тем, что терроризировал тылы церковных армий, выжигая и разоряя целые местности, громя обозы и патрули церковников, четырежды жертвой чёрных егерей пали монастыри инквизиции, расположенные далеко за линией соприкосновения и потому оказавшиеся недостаточно подготовленными для того, чтобы дать отпор заматеревшим в боях егерям-огнепоклонникам из которых собственно поголовно и состоял его отряд конных егерей. За подобную дерзость и святотатство, рупоры церковной пропаганды наперебой обзывали Виршема «Вильгельмом Осквернителем», «Хардтвальдским бесом/демоном», а его солдат назвали огненными дьяволами, надо полагать за вероисповедание и чинимые ими преступления. Что впрочем, на деятельность лихого ротмистра это никак не влияло, тот лишь больше наглел.
+Стоит отметить, что Виршем не только с успехом справлялся с задачами по растройству тылов церковного воинства, с не меньшей энергией и результативностью этот командир со своими чёрными егерями грабил церковное имущество, громил и обносил таможенные посты противника. Чёрные егеря и их командир за годы войны, вывезли из терзаемой войной земли, огромные обозы забитые церковной утварью из драгоценных металлов, золотом, серебром, гобеленами, дорогими тканями и специями. Сколачивая благодаря жалованию имперских феодалов и грабежу целые состояния.
+Однако и этим плодотворная деятельность чёрных егерей не исчерпывалась. Они оказались не только хорошими рейдерами, но и прекрасными карателями. Вильгельм Виршем вместе с приданными в его подчинение подразделениями успешно подавил несколько крестьянских восстаний. Его молодчики, за всю кампанию высекли плетьми около пятнадцати тысяч душ крестьян, ремесленников и иных посмевших взбунтоваться супротив благородных феодалов честных граждан.
+Впрочем, отметились огненные демоны не только карательными акциями, по некоторым, пускай и не подтверждённым сведениям, они были непосредственными виновниками в полном уничтожении целого табора фаруков. Но по причине того, что никаких доказательств, кроме косвенных свидетельств, а именно: присутствие в районе резни отдельных отрядов чёрных егерей, ничем нескрываемая ненависть Виршема и его вояк по отношению к этому народу, а также имевшие ранее место быть конфликты между ними. Вот только, даже если бы эти неоспоримые доказательства и были, никто делом табора ушедшего в небо, заниматься и не собирался, ведь Виршему благоволили и феодалы, и лично великий кондотьер Адольф фон Зоннеборн, дураков, которые посмели бы перейти чёрным егерям дорогу, из-за каких-то пришлых туземцев, не нашлось.
+===VIII «Гибельный рейд» (289 – 291 годы)===
+Вместе со славой и признанием у Вильгельма появились враги, не то чтобы их не было до этого, разумеется, их хватало и в прежние времена, но появились те, из кругов влиятельных, кому Виршем, этот выскочка, своевольный командир, храбрец, стал поперёк горла, взывая приступы зависти и злобы у некоторых высокопоставленных командиров Дартасийской вольной компании, но покуда ею руководил великий кондотьер Адольф фон Зоннеборн, ему ничего не угрожало, но когда тот погиб в 289 году в одном из крупных сражений, над Виршемом, бесконечно далёким от интриг, начали сгущаться тучи.
+Настал 291 год, чёрный год для конных егерей Виршема, последние несколько лет, после Кайнорского рейда, выдались тяжёлыми, Белая Церковь не поскупилась на выстраивание системы противодействия наглым, подчас болезненным уколам конно-егерского воинства. Операции Виршема становились всё опаснее, потери росли, в боях всё больше гибло опытных солдат и толковых офицеров, оперативный простор всё более сужался, а многие направления намертво перекрывались, Хардтвальдский Бес импровизировал и изворачивался как мог, но в глубине души понимал, что как раньше уже не будет, его дело становилось всё более опасным и затратным и потому он решился на последний, до наступления коренного перелома глубокий рейд, если таковой настанет в этой бесконечной войне, и позволит вновь развернуться во всю мощь на североарамейских просторах. Его целью стал бесконечно далёкий от войны Риварин.
+Знай, что его ждёт, Виршем не отправился бы в этот злосчастный поход, но он не знал, ни о предательстве высшего руководства компании, продавшего чёрных егерей Белой Церкви и Янтарной Инквизиции, сдав им пути отхода его воинства, ни о массовой перекупке наёмников с целью их вывода из войны.
+Риваринский рейд начался довольно успешно, были даже удачно разбиты несколько летучих отрядов церковников, в чьи задачи входила борьба с налётами конных егерей. Спустя несколько недель, они достигли предместий Риварина и, наведя там шороху, повернули назад, тогда то их и стали загонять, против трёх рот конных егерей были выставлены несравненно более многочисленные силы. Егерей оттесняли от удобных для их отступления путей всё дальше на север, загоняя в глушь к болотам и диким лесам. В отчаянной попытке пробиться на юг, Виршем дал бой превосходящим силам противника и проиграл, конные егеря оказались разбиты и расколоты на несколько отрядов и рассеяны, пленных было немного, воины Вильгельма Осквернителя, предпочитали погибнуть, нежели попасть в плен к заклятому врагу, ещё несколько недель церковники занимались тем, что добивали распавшиеся отряды наёмников, но самому Виршему и небольшому отряду его чёрных егерей, а также примкнувших к ним солдатам из других рот, сделав большой крюк удалось уйти на юг, выйдя через пять недель к Зентарию, собирая по пути тех, кто сумел уцелеть в битве.
+Чёрные егеря продолжали воевать на стороне Торкаров ещё около полутора лет, выйдя из войны после захвата мьёрнами земель их нанимателей.
+Домой они вернулись обозлёнными, с желанием поквитаться за предательство. Поэтому, на военном совете приняли решение, отправится в городок Омден, что в Вольной Марке, где расположился новый кондотьер их компании и предъявить тому счёт за содеянное.
+Разговор сразу не задался, уж насколько Вильгельм Виршем и Фридрих Гессе не любили друг друга, но даже для них это было, пожалуй, чересчур, один желал поквитаться за предательство, другой демонстрировал максимально наплевательское отношение к пострадавшим из-за его действий сослуживцам. Поэтому слово за слово, сначала командиры, а затем и их подчинённые обнажили свои мечи.
+Тихие улицы Омдена обагрились кровью, потонув в звоне оружия, воплях раненных и ругани. Егерей оказалось больше, чем охраны Фридриха Гёссе и они стали одолевать, Виршем после долгой, изнурительной схватки заколол кондотьера, но сражение только разгоралось, нескольким уцелевшим телохранителям Гёссе удалось вырваться из сражения и верхом на конях. Они бросились из города в южном направлении, где как оказалось лагерем расположилось несколько подразделений Дартасийской вольной компании, в том числе конных, примерно через час, когда бойцы Виршема расправились с большей частью сопровождения погибшего кондотьера, но понесли при этом тяжёлые потери и оказались не готовы к тому, что к городку подоспеет помощь. Теперь в меньшинстве оказались егеря, вынужденные сражаться на два фронта.
+К вечеру того же дня, они несмотря на отчаянное сопротивление и чудеса проявленной храбрости оказались полностью разбиты, большинство из них погибло, из тех кто выжил, треть не пережила ночи, окапавшись в городской ратуше, и других крепких сооружениях, они были оттуда выкурены и безжалостно перебиты, остатки бежали, успев прихватить многажды раненного Виршема, отбив того из рук противника. Оставшиеся в живых и не разбежавшиеся кто-куда егеря, схоронились в безлюдных лесах, вместе со своим командиром.
+===IX«Бегство на Майдах» (С 292 года по настоящее время)===
+Как только Виршем пошёл на поправку, а раны на нём заживали быстро, как на собаке, он распустил свой отряд, раздав деньги из перепрятанной до последней битвы, ротной казны и сохранившейся за время войны добычи. С ним остались только самые преданные, с которыми он исколесил всю Вольную Марку, раздавая увесистые кошельки семьям погибших сослуживцев, чтобы те могли начать новую жизнь.
+Попутно он скрывался от соглядатаев Франца Райдена, уцелевшего в Омденской мясорубке заместителя Фридриха Гёссе, боявшегося и ненавидящего Виршема, обозвавшего ротмистра Омденским мясником и распространившего придуманное им оскорбление среди своих подчинённых, где оно с успехом прижилось.
+Житья в Вольной Марке ему теперь не было, серьёзных социальных связей, к которым можно было бы обратиться для решения возникшей проблемы у него не было, несмотря на длинный список вполне себе влиятельных нанимателей. Впрочем, даже если бы они и были, побираться и молить о помощи он не привык и привыкать к этому не собирался.
+Вильгельм раздал ротную казну и большую часть собственных сбережений, семьям сослуживцев, чувствуя вину за такой исход их предприятия, повидался с женщинами, с которыми он был близок в прошлом, посетил всех своих многочисленных бастардов, коих он имел десять душ мужских и женских, не оставив их и их матерей без финансовой поддержки. Бешеный Бык не стал возвращаться ни в Дартасий, где у него был большой дом и слишком много врагов, желающих его смерти, ни в Руаэнталь, чтобы не подставлять родственников. Не имея ни семьи, да и желания оставаться на Арамее, справедливо опасаясь за свою жизнь, он отправился на Майдах.
+Несколько лет он пожил в Альдегаре, там он стал завсегдатаем трактиров и участником регулярных пьяных драк, за свой всё более дурной от безделья нрав он получил последнее своё прозвище – Бруммбер (Медведь-Ворчун). Впрочем, подобный образ жизни спустя некоторое время окончательно опротивел наёмнику, а сам Альдегар ему опостылел.
+Вильгельм покинул город, перебравшись в Дозорную Марку, в Гранитный город, где купил дом и стал жить в тишине и спокойствии, а собрав волю в кулак, он начал постепенно приходить в свою прежнюю форму. Время от времени, дабы скрасить накатывающую порой скуку, он нанимался в охрану караванов, но ненадолго, бывший ротмистр не был готов кому-либо подчиняться и тянуть лямку рядового бойца ни в войске рыцарей Низины, нигде бы то ни было ещё.